Чудовище без красавицы

Глава 1 - Глава 2 - Глава 3 - Глава 4 - Глава 5 - Глава 6 - Глава 7 - Глава 8 - Глава 9 - Глава 10 - Глава 11 - Глава 12 - Глава 13 - Глава 14 - Глава 15 - Глава 16 - Глава 17 - Глава 18 - Глава 19 - Глава 20 - Глава 21 - Глава 22 - Глава 23 - Глава 24 - Глава 25 - Глава 26 - Глава 27 - Глава 28 - Глава 29 - Глава 30 - Глава 31 - Глава 32 - ЭПИЛОГ
Глава 20
 
Начав карьеру наемной преподавательницы, я стала бывать в разных квартирах. Кое у кого стояли продранные кресла и поцарапанная мебель, другие жили лучше, третьи совсем хорошо… В доме у глупенькой Луизы, столь гордящейся своим богатством, роскошь сквозила изо всех щелей, просто била в глаза! Но в апартаментах, подобных этим, я никогда не бывала.
Просто Останкинский дворец крепостных, даже паркет такой же, набранный из ценных пород дерева. Широкая мраморная лестница, у подножия которой стояли два больших торшера, вела, очевидно, на второй этаж, перед ней простирался огромный холл, из которого в разные стороны вели двери.
– Спасибо, – сказала Дина и поставила коробку на журнальный столик у вешалки.
Надеюсь, мадам не слишком разочаруется, когда увидит, что там всего лишь коробочка мацы, купленная мной по дороге в булочной. Но Дина Сергеевна, очевидно, была превосходно воспитана. Она не стала при посторонней женщине проявлять любопытство и жадно срывать красивую упаковку.
Старательно исполняя роль богатой идиотки, я закатила глаза и ахнула:
– Боже, какая красота! Ицхак, правда, говорил, что дом необыкновенный, но я не ожидала, что настолько! Изумительный паркет!
Лицо Дины постепенно теряло настороженность, я продолжала:
– У нас с мужем тоже очень большие апартаменты, восемь комнат, но все как то традиционно, без стиля… Муж человек консервативный, бывший инженер, привык жить просто, и переубедить его невозможно. Я хотела купить элегантную кровать, знаете, такую, с радиоприемником… Нет, уперся лбом: мне и на обычной хорошо. Решила приобрести стильное кресло с массажером… Слыхали – небось. Здоровская штука, включаешь моторчик, а оно начинает тебе спинку массировать. Опять не разрешил! Кое как согласился на комнатный фонтанчик! Ах, очень красиво! Вода журчит, подсветка, а посередине сидит птичка, ненастоящая, конечно, и поет…
– Поет? – спросила вконец изумленная глупостью гостьи хозяйка. – Как поет?
– Замечательно, – воодушевленно подхватила я. – Соловей! Тра ля ля, тра ля ля… Понятно, что от электричества работает! А еще у меня повсюду бронзовые фигуры, коллекция! Две у входа, кошки, одна в гостиной, слоник, и несколько в спальне, такие красивые! Где же ваш бассейн? Жутко хочется посмотреть!
В глазах Дины загорелись веселые огоньки.
– Хотите чай?
– О, – воскликнула я, – как хорошо, что вы не предложили кофе! Мой папа, между прочим, я происхожу из элитной семьи, работал в Министерстве обороны…
Дина широко улыбнулась:
– Ваш отец военный?
Я приосанилась, подняла, как Аким, указательный палец вверх и возвестила:
– О! Не простой военнослужащий, не капитан, не майор, а полковник! Самый настоящий полковник, высшее командование, генералитет!
Хозяйка прикусила нижнюю губу и отвернулась, она с трудом сдерживала смех. Я почувствовала, как меня начинает отпускать напряжение. Если смеешься над человеком, то перестаешь его опасаться. Дина явно решила, что видит перед собой потрясающую дурочку.
– Так вот мой отец, – продолжала я щебетать, – мой папочка всегда говорил: чай – питание для мозга!
Тут Дина не выдержала и расхохоталась:
– Ну, прямо скажем, нетрадиционная фраза для военного. Мне всегда казалось, что они питают свои мозги тем, что разлито в бутылки, причем крепостью не ниже сорока градусов.
– Мой отец, – вещала я, – мой папочка на дух не переносит алкоголь!
– Ну вам повезло, – усмехнулась Дина, – так как насчет чая?
Сделав пару шагов, она толкнула дверь, и я ахнула, на этот раз совершенно искренне. Открывшаяся нашим глазам комната поразила меня. До сих пор я никогда не встречала ничего подобного.
Огромное пространство, но не четырехугольное, а круглое. В центре поблескивает голубая вода и сверкают хромированные лесенки, но стоит скосить глаза в сторону от зеленовато голубой глади, как картина меняется.
По периметру бассейн был окружен тяжелой, темной антикварной мебелью. Диваны, стулья, кресла – все обтянуто темно красной тканью, столы, а их тут насчитывалось штук пять, были покрыты кружевными скатертями, на полу лежали плотные ковры, а окна задрапированы тяжелыми занавесками. Над бассейном ярко светили потолочные лампочки, мебель тонула в тени, в меблированной части гостиной стояли торшеры, создающие мягкий полумрак.
Комната производила дикое впечатление, это был полный идиотизм, но одно точно – такой больше ни у кого нет.
– Вот это да! – выпалила я. – Думала, Ицхак привирает, ну кому придет в голову делать из зала для приема гостей Венецию! Как красиво!
– Можете искупаться, – предложила Дина, очевидно, ее тронула моя детская реакция.
– Купальника нет.
– У нас их целая куча, – хмыкнула хозяйка, – держим на любой размер. Хотите, велю принести?
– Нет нет, спасибо, я не умею плавать. Дина опять засмеялась, дверь открылась, появилась женщина лет пятидесяти.
– Рената, – велела хозяйка, – чай, ну и все такое.
Горничная кивнула и исчезла.
– А что у вас еще есть интересного? – спросила я.
– В каком смысле? – оторопела хозяйка.
– Ну, может, зимний сад или коллекция какая нибудь, я бы посмотрела, пока чай готовится!
Дина опять прикусила нижнюю губку. В ее красивых глазах скакали бесенята.
– Хотите весь дом посмотреть?
– О! Обожаю! Просто обожаю разглядывать комнаты!
Аркина легко поднялась с кресла:
– Тогда пошли.
Дом оказался огромен, спален и санузлов бессчетное количество, а еще столовая, кабинет, библиотека, бильярдная, кинозал, баня…
Короче говоря, мы бродили по зданию больше часа. При входе в каждую комнату я не упускала возможности сказать:
– Ну, у меня в Израиле тоже есть похожий ковер, на арабском рынке купила. Или:
– Ой, какая хорошенькая люстрочка! Где брали? Небось у “Тати”!
Дина крепилась и не смеялась во весь голос, но было видно, что ситуация ее жутко забавляет. Не сдержалась она только один раз, в столовой, когда я, ткнув пальцем в буфет, где стоял роскошный сервиз, сделанный в начале века во Франции, скорее всего в Лиможе, заявила:
– Тарелочки то простоваты! У меня пошикарней будет, сервиз “Мадонна”. Надо и вам такой купить. Знаете, как отлично на столе смотрится! Весь перламутровый и с картинками!
Дина прыснула, потом быстро закашлялась.
– Извините, я простыла, очевидно, погода меняется, прямо не знаешь, как одеваться.
– Главное, – занудно сообщила я, – теплое белье. Всегда ношу его в октябре и до апреля не снимаю.
– В Израиле разве холодно? – удивилась Дина.
– Нет, но лучше перебдеть, чем недобдеть, – нашлась я.
Дина снова закашлялась, и мы вошли в небольшую темную комнату, где было значительно прохладнее, чем в других помещениях.
Аркина щелкнула выключателем. Мягкий свет осветил небольшое пространство, заставленное шкафами. Дина пояснила:
– Мой муж страстный коллекционер, собирающий книги. Они, к сожалению, от времени портятся, поэтому в хранилище своих редкостей он попытался создать идеальные условия: постоянную температуру воздуха, определенную влажность, даже свет здесь включают не слишком часто, причем лампы не обычные, а специальные, от их…
– Ой, – взвизгнула я, – я тоже обожаю детективчики! Просто до умопомрачения! Мы могли бы иногда меняться! Сейчас как раз я читаю Корнилову, про Пантеру! У меня есть все ее романы! Хотите, пришлю вашему муженьку? Теперь в Израиле можно купить любые книги. Наши эмигранты читают только на русском…
Дина вздохнула и приоткрыла один из шкафов. Перед моими глазами предстали толстые, какие то корявые тома в темных переплетах.
– Мой супруг не любит криминальные истории, он покупает раритетные издания, вроде этого, Радищев “Путешествие из Петербурга в Москву”, выпущено при жизни автора.
Я сморщила нос.
– Радищев, Радищев… Где то слыхала.. Кажется, в школе проходили… Но, простите, какой интерес в такой книге? Сплошная скука, ей богу, заснешь сразу. Посоветуйте супругу Маринину. Вот мой муженек с огромным удовольствием ее читает. А фильм про Каменскую смотрите?
Хозяйка улыбнулась:
– Мы не слишком увлекаемся подобного рода историями. Пойдемте, наверное, чай давно остыл.
Но мне совсем не хотелось покидать прекрасно оборудованное хранилище. Если говорить о картине, то только здесь.
– А там что? – ткнула я пальцем в другой шкаф.
– Тут везде старопечатные книги, – пояснила Дина, демонстрируя внутренности стеллажей.
– Господи, зачем ему столько! – кривлялась я.
Аркина терпеливо ответила:
– Это страсть. Вот вы говорили, будто собираете бронзовые фигурки…
– Да, кошечек, собачек, слоников, но они красивые, – возразила я, – и потом, все их видят! А у вас какие то грязные книжки, да еще в самом укромном углу. Я бы не разрешила своему супругу держать дома подобную дрянь, пусть бы лучше машинки собирал или, на худой конец, марки с открытками, хотя, согласитесь, от них тоже не слишком много пользы…
– Вы любите пирожные с заварным кремом? – решила переменить тему Дина.
Но я лихорадочно бегала глазами по стенам, кругом лишь одни шкафы… Хотя, нет!
В простенке висело нечто, прикрытое полупрозрачными занавесками.
– А там что? – бесцеремонно спросила я и быстро дернула за свисающую сбоку веревочку. С легким шорохом занавески разъехались, и взгляду открылась картина, заключенная в стеклянный ящик, внутри которого виднелся термометр. Именно так в Лувре хранится Джоконда. Мы с Олегом после свадьбы отправились на пять дней в автобусную экскурсию по Европе. Было весьма утомительно трястись все время на колесах, а потом бегать толпой по музеям. Мне больше нравится изучать экспозицию в одиночестве. Но на индивидуальный тур средств не хватало, поэтому мы решили: лучше на автобусе, чем вообще никак. Кстати, всемирно известное произведение Леонардо да Винчи не произвело на меня никакого впечатления. Просто не слишком красивая женщина с ехидной ухмылкой. Напротив Моны Лизы в Лувре клубилась толпа, фотографировать было запрещено, но кое где в толпе людей вспыхивали яркие огоньки, и тогда служители громко выкрикивали на разных языках:
– Дамы и господа, просим соблюдать правила. Свет, падавший на стекло, бликовал, и Джоконду было плохо видно… Словом, я ушла, испытывая разнообразные чувства. От глубокого разочарования до жуткого комплекса неполноценности. Ну надо же, все в восторге, а мне запомнился лишь стеклянный ящик с термометром…
И вот теперь в подобной “упаковке” предстала иная картина. Помня уроки Лувра, я быстро отошла в сторону и взвизгнула:
– Ой! Я видела такую! Но где?
Дина недовольно задернула занавески.
– Эта вещь не представляет никакого интереса, просто муж очень любит эту церковь, вот и попросил сделать для него копию росписи. Естественно, в уменьшенном виде – О, – завизжала я, старательно демонстрируя экстаз. – Вспомнила! Конечно! Церковь! Италия! Мы были там когда то и видели эту штуку! “Тайный вечер”! Какой то знаменитый художник сделал! Со странным именем! Иначе, инчи, ванчи..
– Леонардо да Винчи, – не утерпела Дина. Надо отметить, что у дамы были железные нервы, я бы давным давно стукнула наглую посетительницу по башке, но Аркина лишь тщательно прятала ухмылку.
– Точно! – обрадовалась я – Именно он. Небось жутко дорогая штука?
– Как раз нет, – быстро возразила хозяйка, – это современная работа, копеечная. Однако чай уже потерял всякий аромат, пошли, пошли…
И она буквально вытолкала меня в коридор. Я просидела у Аркиной еще около часа, поедая страшно вкусные слоеные пирожки и варенье из инжира. Но всему приходит конец, к тому же мои ноги, обутые в страхолюдские сапожки на уродской шпильке, заболели немилосердно. Все время, пока мы путешествовали по нескончаемому дому, я ходила на цыпочках, боясь наступить на тонкий каблук, и теперь пальцы ног онемели, и у меня было ощущение, что у меня вместо ног хвост, как у Русалочки…
Дина довела гостью до двери, любезно распрощалась и сказала:
– Приедете еще раз, заходите в гости.
– Спасибо, дорогуша, – отозвалась я, потряхивая ярко мелированной головой, – обязательно привезу вам в подарок сервиз “Мадонна”. А то, право, странно, такой шикарный дом, а едите, как простонародье, на обычных тарелках.
– Спасибо, – рассмеялась хозяйка, распахнула дверь, выглянула наружу и, мигом ее захлопнув, крикнула:
– Рената, немедленно подите сюда.
Женщина возникла, словно материализовавшееся из воздуха привидение, абсолютно беззвучно и мгновенно.
– Ну ка, посмотрите на крыльцо, – раздраженным голосом велела хозяйка, – и ответьте мне, что это за безобразие!
Рената молча выскользнула за дверь и через секунду вернулась, держа двумя пальцами.., мои ботинки. Я уставилась на них во все глаза. Ну надо же было свалять такого дурака! Сняв не слишком презентабельную обувку, я, вместо того чтобы положить в пакетик и прихватить с собой, оставила ее у двери.
– Наверное, бомжи бросили, – вздохнула Рената, – экая грязная мерзость.
Я мысленно возмутилась. Согласна, ботинки слегка запылились, но утром я их тщательно вычистила, и потом, они из натуральной кожи, мех, правда, искусственный…
– Вы в своем уме. Рената? – возмутилась Дина. – Зачем мне слушать рассказ о том, кто тут бросил эту гадость! Ваше дело вынести дрянь на помойку, а не делиться умозаключениями!
Вздохнув, горничная уволокла мою обувь куда то в глубь коридора. Я безнадежно проводила ее взглядом. Дина сердито продолжила:
– Вот, все прелести проживания в центре налицо!
– Почему бы вам не переехать в охраняемый поселок? – поинтересовалась я, натягивая у зеркала идиотскую курточку из крашенной в красный цвет норки.
– Мой муж – урбанист <Урбанист – человек, который любит жить только в городе, или, другое значение слова, художник, рисующий городские виды.>, – со вздохом пояснила Дина…
Я вздернула брови.
– Сочувствую, дорогая. Но не отчаивайтесь, сейчас медицина ушла так далеко! Обратитесь к специалистам, вылечат!
Ковыляя на цыпочках по обледенелому двору, я кожей чувствовала волну веселья, исходящую от стоявшей в дверях хозяйки.