33

 
Глава 33
 
Три с половиной месяца назад Льву Яковлевичу позвонил грубый парень и сообщил ужасную новость. Кредитор, тот самый интеллигентный мужчина, который дал Водовозову денег под проценты, разорился. Долг перешел к другому, к хаму, который теперь басил в трубку:
– Слышь, папаша, сроку тебе до первого января. Коли не рассчитаешься, пеняй на себя, включу счетчик.
– Но постойте, – начал возмущаться Лев Яковлевич, – у нас договоренность..
– Со мной ты ни о чем не договаривался, – рявкнул хам, – твой долг теперь мой, мне деньги срочно нужны, доперло до тебя?
– Деньги я брал не у вас, – возразил Водовозов, – что, если вообще не отдам, а?
– Ладно, – неожиданно мирно ответил парень, – не хочешь, не надо.
Удивленный столь быстрой победой над негодяем, профессор уехал на работу, а когда вернулся домой, чуть не умер. Квартира была вскрыта, посуда побита, книги вытряхнуты на пол, а на столе в кухне лежала дохлая кошка. На останках киски покоилась записка:
"Можешь оказаться на ее месте”.
Лев Яковлевич понял, что надо платить. Сумма была огромной. В принципе, можно попытаться отдать хоть часть долга ненасытному хаму, но для этого придется, скорее всего, продать квартиру. Была еще и дача, но, как назло, поселок Воропаево, где она располагалась, был снесен якобы по решению местной администрации. Вроде на этом участке планировалось расширить шоссе. Местным жителям дали квартиры, и они не подняли шума. Ну а дачников оказалось только трое, с ними и разговаривать не стали, предложили компенсацию и сочли дело решенным.
Как раз через неделю после того как профессор нашел на кухне дохлую кошку, он отправился в Воропаево. Дом предполагали снести на днях, и там еще оставались кое какие вещи. Забив машину шмотками, Лев Яковлевич поехал в Москву в отвратительном настроении, что, учитывая все обрушившиеся на него беды, было легко объяснимо. Но его настроение окончательно ушло в минус, когда на въезде в городок Красномосковск автомобиль сломался. Лев Яковлевич ничего не понимал в моторах, положение показалось ему безвыходным, но тут добрый самаритянин из местных посоветовал:
– А вы толкнитесь к Яковлевым, у них сын все починить может.
Обрадованный профессор пошел по указанному адресу, постучал. Дверь открыла девушка. Водовозова чуть не хватил удар. Перед ним стояла… Рита.
Машину ему починили. Пока умелец, отец девчонки Раисы, походившей как две капли воды на внучку Норы, возился под капотом, профессор принялся расспрашивать девочку. Та как ни в чем не бывало спокойно рассказала о себе. Когда Водовозов услышал, в какой день она родилась, он вспомнил про то, что у Ольги должны были появиться близнецы, и сразу сообразил, что к чему. Вообще то, когда Ольга погибла и Лев Яковлевич узнал, что у нее родилась только одна девочка, он решил, что врачи ошиблись и плод на самом деле был единственным. Теперь же он понял, что был не прав. Детей и впрямь оказалось двое. Профессору мигом взбрела в голову мысль: Нора, получив сразу двух внучек, отдала одну на воспитание, он и не подумал, что старинная приятельница не знает о второй девочке.
Лев Яковлевич вернулся в Москву. Пролетел сентябрь, а денег взять было негде. Первое января, казалось, еще далеко, но Водовозов понимал, что время бежит быстро, а проблема никак не решается. Даже если он продаст квартиру, это его не спасет. Впрочем, можно опять взять в долг, но Водовозов больше не хотел связываться с ростовщиками.
15 октября Лев Яковлевич в крайне мрачном настроении сидел у телевизора, бездумно щелкая пультом.
Один из каналов показывал английский фильм “Принц и нищий”. Минут пять Водовозов смотрел на экран, потом у него в голове что то щелкнуло. История о бедном мальчике, ставшем на пару дней, благодаря удивительному сходству с королем, монархом, была ему знакома с детства. Он читал роман Марка Твена. Но только сейчас у Льва Яковлевича возникла идея, как можно выкрутиться из безвыходного положения.
Наутро он поехал в ГИТИС и испытал разочарование. Никакой Раи Яковлевой там не было. Думая, что перепутал название института, профессор методично обошел все учебные заведения, готовившие кадры для сцены, но тщетно. Водовозов совсем было приуныл, он хорошо помнил, как девочка рассказывала про учебу в ГИТИСе, но тут ему вновь повезло. На его кафедру пристроилась соискательницей женщина, муж которой занимал не последний пост в милиции. Вот Водовозов и просит:
– Помогите, пожалуйста. Позвонили родственники из провинции, дочку потеряли. Сказала, дрянь такая, что поступила в ГИТИС, а самой там нет, небось обманула. Куда подевалась?
Через день Лев Яковлевич ликовал. Раечка зарегистрирована в общежитии заштатного учебного заведения. Водовозов приезжает на занятия, находит девушку и увозит к себе.
Они проговорили почти сутки. Льву Яковлевичу сразу стало понятно, что Рая – это не взбалмошная, капризная Рита. Даже странно, что девочки выросли такими разными.
Раечка очень наивна, верит абсолютно всему, что ей говорят, и начисто лишена хитрости. Водовозов рассказал ей, что у нее есть бабушка, богатая дама, и сестра. Рая пришла в восторг, просто какая то “мыльная опера”, а не ситуация. Девушка захотела бежать знакомиться с родственниками, но Лев Яковлевич ее остановил:
– Погоди, детка, может, бабушка тебе совсем не обрадуется.
– Вы думаете? – расстроилась Рая. – Что же делать?
– Не волнуйся, я помогу тебе, – обещает профессор и излагает свой план.
Примерно год тому назад Лев Яковлевич вступил, говоря языком протокола, в интимные отношения с Настей Королевой, близкой подругой Риты. Если бы профессор знал, что девушка дружит с внучкой Норы, он не стал бы с ней связываться. Но Водовозов нашел Настю в “Ванильном зефире”, и целую неделю они провели вместе к обоюдному удовольствию. Потом вдруг Настя заявила:
– У тебя такая смешная фамилия! Впрочем, я знаю одного придурка с точно такой же.
– Да ну? – совершенно искренне удивился Водовозов.
– Прикинь, – веселилась Настя, – и именно его, как и тебя, Ритка тоже Вавой зовет.
– Какая Ритка? – насторожился профессор.
– Да подружка моя, Родионова, – преспокойно объяснила Настя, – в одной группе учимся, такая фря!
Пока Лев Яковлевич пытался сообразить, как ему теперь поступить, Настя вывалила на профессора кучу сведений о Рите.
– Вся из себя, вечно нос задирает, противная, жуть! В кошельке денег полно! На занятия в золоте является, мобилу никогда не выключает, если позвонят, без всякого стеснения треплется, преподы прямо синеют. А уж хамка! Думает, раз у ее бабки денег немерено, то все купить может!
– Почему же ты с ней дружишь? – только и сумел спросить Водовозов. Настя хмыкнула:
– Исключительно из расчетливости.
– В чем же расчет?
Настя тяжело вздохнула:
– У меня то денег нет, копейки жалкие, а у Ритки можно баксов урвать, а если в гости к себе пригласить, то она еды притянет и выпивки. Вещи свои дает поносить. Впрочем, чаще она их мне отдает.
– Вот видишь, – улыбнулся окончательно пришедший в себя Водовозов, – значит, она не такая уж плохая, не жадная, раз вещи дарит.
– Я ее ненавижу, – ляпнула Настя, – одним все, другим ничего! Знаешь, как противно, когда тебе из милости, с барского плеча, кофточки сбрасывают.
Лев Яковлевич только вздохнул. Сколько ни имей дело с бабами, их душа останется загадкой.
Любовные отношения с Настей Водовозов быстренько свел на нет, завел роман с ее знакомой, Наташей Потаповой. Та, хоть и училась в одной группе с Родионовой, никакой дружбы с Ритой не водила. Но с Настей Лев Яковлевич, как и со всеми бывшими любовницами, остался в хороших отношениях. И именно Настю он берет в союзницы, когда в голове у профессора окончательно оформляется план аферы.
Глупенькой, наивной Раечке он предлагает:
– Ты займешь в доме Норы место Риты, временно.
– Зачем? – удивляется дурочка.
– Бабушка привыкнет к тебе, поймет, что ты лучше Риты, – втолковывает Лев Яковлевич, – поживешь с ней недельку, а потом откроешься: я не Рита, а Рая. Нора и растает. А если явишься с бухты барахты, может и вон прогнать. Какая такая Рая, никого не знаю, слышать не слышала! Она ведь тебя на воспитание отдала и решила, что избавилась от внучки раз и навсегда. Но Рита выросла капризной грубиянкой, а ты ласковая, трудолюбивая девочка, станешь бабушке угождать, она тебя и полюбит, а потом поймет, какая из девочек лучше. Ну подумай сама, разве честно будет, если все деньги Рите достанутся, а тебе ничего?
– Но это же ужасно глупо, – не выдержал я, – Нора мигом бы сообразила, что к чему, конечно, на первый взгляд девочки похожи, но на второй то совсем нет!
– Погоди, – отмахнулся Максим, – ты не дослушал до конца.
Водовозов придумал хитроумный план. Нора в свое время сообщила старому приятелю, что в случае своей смерти она назначает его опекуном Риты. Элеонора справедливо полагала, что девушка, оказавшись один на один с богатством, мигом пустится во все тяжкие. Рита абсолютно безголовое существо, не приученное ни работать, ни экономить.
– Но Водовозов тоже пожилой человек!
– На здоровье он никогда не жаловался. Льву Яковлевичу исполнилось шестьдесят три года, по нашим временам, не такой уж древний возраст для человека. А у Норы полно проблем. Она сидит в инвалидной коляске, да и сердце начало пошаливать, многие спинальники умирают от заболеваний сосудов. Вот Элеонора Андреевна и решила, что оставляет бестолковую внучку в хороших руках. Профессора она считает порядочным человеком. Нора даже не предполагает, насколько она ошибается! Да и не успела бы Нора познакомиться с девочкой.
– Это как? – удивился я.
– Просто, – пожал плечами Макс, – у господина Водовозова яркая криминальная фантазия, он придумал нечто невероятное. Рая, одетая, как Рита, идет домой.., попадает под машину. Естественно, ее везут в больницу, где врачи видят, что от ужаса, от шока девочка потеряла память, никто не удивится, что она путает имена знакомых…
– Погоди, погоди, – растерялся я, – значит, за рулем сидел Лев Яковлевич? Максим кивнул:
– Да.
– Но зачем он задавил Раю? – закричал я.
– Случайно вышло, – развел руками следователь. – Водовозов говорит, они сговорились так. Раечка идет по середине дороги, а машина пронесется рядом, но не заденет ее. Девушка же упадет, а тебе со стороны покажется, будто ее сбило. Все очень просто. Но писали на бумаге, да забыли про овраги… Для пущей достоверности Раечка решила побежать, а господин Водовозов на скользкой дороге не справился с управлением и сшиб девочку.
– Так вот почему машина виляла за несчастной, – пробормотал я, – но, извини, я все равно не понимаю. Ладно, предположим, план бы удался, Рая заняла место Риты, и никто не понял в чем дело, но деньги то как он собирался получить? Ими же распоряжается Элеонора? Ведь средства достаются девочке только в случае смерти бабушки?
– Ты уже ответил сам на свой вопрос, – тихо сказал Максим.
– Погоди, погоди, – бормотал я, – он задумал убить Нору?
– Да. Причем рассуждал логично. Ни у кого не вызовет сомнений, что любимая бабушка заработает инсульт, узнав, какая беда приключилась с внучкой. Лев Яковлевич гипотоник, редкое явление среди людей, которым исполнилось шестьдесят, как правило, у них начинается гипертония, давление повышается, но у Водовозова оно, наоборот, падает, и поэтому профессор регулярно пьет лекарство кардиоспас <Лекарства кардиоспас не существует. Автор из этических соображений специально не приводит тут название препарата, прием больших доз которого неминуемо ведет к инсульту.>, а в аннотации черным по белому написано: дозу превышать нельзя, чревато инсультом. Вот Водовозов и решил “угостить” Нору, после ее похорон деньги окажутся у него в руках, Рая будет послушной игрушкой. В этом то весь смысл обмена. При Рите профессор не мог бы бесхитростно распоряжаться средствами, девчонка потребовала бы отчета об израсходованных средствах и мигом бы подняла дикий скандал, узнав, какую сумму опекун изъял из капитала. С Раей таких проблем не будет, девочка послушно подпишет все бумаги.
– Но, – забубнил я, – что то он намудрил. Конечно, я понимаю, что говорю ужасные вещи, но ведь Водовозов и так решился на убийство, почему же он не убил Риту? Ну задавил бы ее просто! Тоже логично получается: бабушка не вынесла смерти внучки. К чему огород городить с подменой? Ведь Нора небось сказала, что в случае смерти Маргоши деньги отходят к нему.
– Только через полгода, – пояснил Максим, – таков закон. Вступить в права наследства можно лишь спустя шесть месяцев после смерти завещателя, а деньги Водовозову нужны первого января, иначе плохо ему придется.
– Но ведь и Рая – Рита могла воспользоваться завещанным только через полгода! Макс улыбнулся:
– Нора уходила от налогов, поэтому часть предприятий открыта на имя Маргоши. Изъять оттуда деньги Рита могла запросто, только она об этом не знала. Элеонора провернула оформление по тихому, не ставя девочку в известность, но профессору дала четкие указания, как действовать дальше. Он мог спокойно вести дела за спиной Риты, но, чтобы изъять громадную сумму, все же требовалась ее подпись, причем в присутствии нотариуса. Вот зачем понадобилась Рая.
– При чем же тут Настя Королева?
– Профессор хочет загрести жар чужими руками. Риту нужно лишить чувств и спрятать в “Ванильном зефире”.
Но Водовозов все же побаивается, что дело не выгорит, Рита начнет сопротивляться. Поэтому берет “в долю” Настю. Мечтающая о больших деньгах и ненавидящая Родионову, Королева мигом соглашается.
События разворачиваются таким образом. Рита приходит к Насте. Королева уже собралась угостить подружку коньяком со снотворным, как неожиданно вваливаются Наташа Потапова и Толя. Дело под угрозой срыва. Оставив друзей напиваться, Настя звонит на мобильный Водовозову.
– Что делать?
Тот перезванивает через пять минут.
– Только без паники. Бери бутылку с коньяком и дуй к Рае на квартиру. Все сделаешь там.
Когда Настя возвращается в комнату, Наташа и Толя спят пьяным сном. Вот тут Королева и предлагает Рите:
– Поехали со мной! Такой сюрприз увидишь! Они добираются до квартиры Раи. Рита видит сестру и испытывает глубочайшее потрясение. Настя предлагает обмыть событие и угощает Маргошу коньяком с лошадиной дозой снотворного.
Рита мигом засыпает. На этом везение заканчивается, дальше начинается чепуха. Сначала Рая, сдергивая с сестры свитерок, отрывает рукав. Девчонки впадают в панику и, вместо того, чтобы попытаться просто пришить его назад, решают купить новый. Рая несется в подземный переход. Наконец процесс “превращения” закончен. Девицы звонят Водовозову, тот приезжает и уносит Риту в свою машину. Девчонки несутся к Насте, где мирно спят Наташа и Толя. Рассудив здраво, профессор решил, что пусть Потапова и Ремизов увидят вечером за столом Настю и “Риту”.
Девицы успевают вернуться и даже выпить за успех. Потом Наташа и Толя просыпаются, и “Рита” на их глазах уходит домой. В случае чего есть два свидетеля, которые совершенно чистосердечно подтвердят: Рита пила весь вечер в их компании.
– Теперь понятно…
– Что?
– Ну почему Катя Кисина, вернувшись внезапно домой и допив коньяк, мигом уснула и за успех какого предприятия пили девчонки, – сказал я.
Максим кивнул.
– Только успеха никакого не получилось. Рая погибла на месте.
Водовозов просто в ужасе. Весь хитроумный план летит в тартарары, Рита, обколотая наркотиками, спит в одном из помещений “Ванильного зефира”. Тут только Лев Яковлевич понимает, что в его “детективе” имеется громадная брешь. Он так здорово все придумал, рассчитал, кроме одного: что делать с Ритой? Профессор просто не подумал над этим, но ему не удается ничего придумать и сейчас, потому что на мобильный в истерике звонит Настя:
– Ты ее убил!
Лев Яковлевич пытается объяснить бывшей любовнице, что все вышло случайно, но та находится в невменяемом состоянии.
– Вот сейчас только приведу себя в порядок и пойду в милицию, я не хочу быть соучастницей убийства!
А потом она, дурочка, говорит фразу, которая решила не только ее судьбу, но и участь Наташи с Толей.
– Имей в виду, если со мной, как и с Раей, что нибудь случится, Ната и Толян мигом в отделение побегут, они все знают.
Настя блефует, но Водовозов приходит в ужас и кидается в девчонке домой, находит ту полупьяной в ванне и пытается ее успокоить. Но Настя только кричит:
– Нет, точно пойду на Петровку, да еще не одна, а с Наташей Потаповой и Толей!
Тут только до Водовозова доходит, какого дурака он свалял, связался с глупой девчонкой, доверился ей, где только были его мозги! Подобные дела следует проворачивать в одиночку! Лев Яковлевич пытается договориться с девушкой, но та орет как ненормальная:
– Убийца, убийца!..
Потом пытается вылезти из ванны, поскальзывается, падает и захлебывается. Перепуганный Водовозов убегает.
– Значит, она сама упала? – спросил я. Максим пожимает плечами:
– Думаю, что он ей помог, только доказать это трудно, а профессор стоит на своем: поскользнулась и шлепнулась в воду. Он ушел, потому что очень обозлился, не думал, что Настя утонет. Решил, что она сейчас вынырнет.
Но по этому эпизоду еще идет работа. Кстати, он не признается и в том, что “угостил” Наташу Потапову кардиоспасом. Ну а с Толей совсем было просто. Водовозов заглянул к парню, когда того вовсю ломало, и.., по “доброте душевной” сходил к дилеру, адрес которого дал Толя, и принес дозу. А уж то, что она оказалась слишком большой для парня… Кто же тут виноват, кроме него самого?
– Но ты как думаешь, он их убил?
– Думаю, да, но доказать пока не могу, – вздохнул Максим. – Ладно, слушай дальше.
Профессор оказывается в жутком положении. Рая мертва, но все считают, что погибла Рита. “Оживить” ее он не может или, во всяком случае, пока не может придумать, как это сделать. Потом его осеняет.
Маргоша общалась с Настей и Раей, она не знает о роли Водовозова в этой истории. Значит, надо избавиться от Норы и “воскресить” Риту. Рассказать той, что весь план придумали Настя и Рая, а он, профессор, спас ее…
В благодарность за спасение девушка даст ему денег.
Глупый вариант, но Льва Яковлевича несет, словно щепку бурным потоком, и он цепляется за любую возможность спасти дело.
Нору он “угощает” кардиоспасом.
– Эй, эй, – влез я, – в день, когда хозяйку парализовало, Лев Яковлевич был в гостях у Николетты, играл в карты, он никак не мог находиться в двух местах одновременно.
– Весь вечер у тебя на глазах, – прищурился Макс, – никуда не отходил? Я прикусил губу.
– Фанты! Играли в кареллу, он проиграл, а Николетта велела купить ей розу.
– И что?
– Ушел, а потом вернулся с букетом.
– Еще вопросы есть?
– Нет, – тихо сказал я, – но Нора то осталась жива!
– Не рассчитал дозу, – пояснил Максим. – Кстати, я предупредил врачей, чтобы всем отвечали, будто Элеонора Андреевна на краю гибели, и никого к ней не пускали.
– Именно так мне и говорили, – вздохнул я.
– Водовозов тоже звонил регулярно и ждал ее кончины. Риту он пока держал в “Ванильном зефире” в бессознательном состоянии. Ее он решил “оживить” лишь после смерти Норы.
Но тут случилось непредвиденное. Дискотека сгорает, Рита исчезает непонятно куда. Потом ему звонит Николетта и, захлебываясь, тараторит:
– Нет, ты только послушай! Нора умерла, завещав все деньги Ивану!
Ничего не понимающий профессор мчится на квартиру к Элеоноре. Он полностью обескуражен. Ведь в тот день, принимая из рук бывшего любовника фужер коньяка с кардиоспасом, Нора грустно говорит, показывая на сейф:
– Надо переделать завещание, Маргоши то нет! После моей смерти все тебе останется. Лева!
– Ну ну, – смеется профессор, глядя, как дама пьет отраву, – что за мысли, дорогая, ты еще меня переживешь!
А тут вдруг сообщение о том, что деньги достаются Ивану. Окончательно потеряв всякий ум, запутавшийся Водовозов несется к Hope. Он попал в страшную ситуацию, с которой знакомы многие, преступившие закон. Одно преступление тянет за собой другое, желая скрыть следы, человек совершает все новые и новые подлости, но остановиться он уже не в силах. Ужас толкает его дальше. Профессор входит в квартиру, идет к сейфу. Для него не секрет, где Нора прячет ключ, а ключи от дома он взял у Риты в сумке. Железный ящик открывается легко, конверт распечатан… Лев Яковлевич хватает бумагу… И тут комнату заполняют люди, мигом начинающие задавать неприятные вопросы. Окончательно доконало мужика появление “привидения” под белой вуалью.
 

* Внимание! Информация, представленная *