Леонид Сурженко Дикие звери

 

 

- Придурки! – Андреич чуть не вывалился из окна, успев затормозить тяжёлый «Икарус» перед самым багажником «Тойоты». Серая японская сволочь подрезала совсем уж нагло – так, что уж не чаял и остановится. Однако сидели в иномарке явно не самоубийцы: дали чуток вперёд, дабы избежать удара, и тут же затормозили, перекрыв дорогу.

Андреич собрался было продолжить тираду, однако не успел: из «Тойоты» вихрем вылетел черный волосатый джигит, в миг оказался возле водительской двери и, тут же в волосы водилы впилась волосатая рука.

- Двэрь открой, паст закрой… Понэл?

Как не понять, когда у твоей шеи – солидный такой ножик… Хороший. Тут не до геройства… Рука привычно потянулась к клавише, и дверь зашипела, открываясь. Тут же в салон впорхнул второй – совсем молоденький, тоже чёрный, с пронзительными, недобрыми глазами. Уверенно, безо всякого акцента рявкнул:

- Сидеть, кто жить хочет! Не вставать, не орать! Резко не дергаться!

Дергаться и вправду было опасно: в руках у молодого, чуть прикрытый полами защитного плаща, торчал ствол железного «аргумента». «Железного» - в прямом смысле слова. Это поняли сразу, как только молодой продемонстрировал, что значит «не дёргаться». Молодой парень, попытавшийся выяснить, в чём дело, был сбит ударом приклада прямо на пол. Теперь он пытался остановить кровь, закрывая разбитое лицо платком, любезно подсунутым немолодой толстой дамой, сидящей позади. Больше вопросов ни у кого не возникало.

Андреич с опаской посматривал в салонное зеркало на одного из пассажиров, здоровенного мужчину с военной выправкой, сидящего на заднем сидении, но тот, похоже, не собирался искать неприятностей. Дай-то Бог, чтобы всё обошлось.

-         Давай трогай! – заорал в ухо волосатый, как только в салон ввалился третий, самый старший из троицы.

Похоже, с ним было что-то неладно: он прижимал руку к телу, а, взобравшись в салон, первым делом вышвырнул с переднего сидения мужика средних лет, по всему видать – сельского жителя. И сел сам. Андреич выжал сцепление, втолкнул передачу и автобус, поскрипывая, тронулся.

- Ты газу давай, газу! Нэ тормози! – сверкнул шальным глазом волосатый, и Андреич не рискнул ослушаться.

«Икарус» быстро набирал ход.

- Будэш хорошо вести, домой вэрнёшся. Два киломэтра отсюда – будэт развилка. Понэл? Вправо на нэй. И – быстро, быстро… Догонят, родной, всем кирдык будэт. И тебе, и мнэ. И всэм. Понэл?

«Душевно стелет, сволочь» - думает Андреич. И хочется ему верить, чёрт подери… Хочется. Жить всегда хочется… Только вот куда там сворачивать? Некуда вроде… Не первый день он тут ездит, там – лес. А дальше – дальше зона отчуждения. Просто Зона. Там – людям делать нечего. Так куда ж они?

Сзади – яркие огоньки. Ага, вон оно что… Милиция. На хвосте у чернявых, значит… Вот почему они в автобус пересели – тут люди, всегда можно ими прикрыться. Как заложниками… Вот вляпались, так вляпались. Надо же – и не думал, когда в рейс выезжал, что примета сработает. Нельзя возвращаться, а он вернулся. Кепку забыл… Ну, и хрен бы с ней, с кепкой… Поди, не Ленин. Нужно было хоть в зеркало посмотреть. Вона и посмотрю…

А в боковом зеркале – весёлые огонёчки. Синие с красным. Ближе и ближе. Не уйти – куда тяжёлой машине удрать от шустрых легковушек. Ни по что не уйдёшь… А догонят – ох, и думать не хочется… Стрельба ж может быть, да и вообще… Сидеть под автоматами – в любом раскладе не сахар. Мало ли что «им» в голову взбредёт. Чёрным… Может, и подпалят всех… Слышал про такое.

- Сворачивай… - командует волосатый.

Андреич послушно вернёт руль, и автобус, тяжело накренившись, устремляется прямо в лес. Дорожка тут узкая – как просека. Влево - вправо -

сосны: никак не объедешь. Так что чёрный, с одной стороны, прав: тут их обойти не удастся. Только дальше, дальше-то что? Там, за поворотом – пост. Шлагбаум с солдатами. Потому что Зона. И – всё…

А дальше было просто: возле шлагбаума никого не оказалось. Да и чего сторожить-то? Найдётся идиот, который в Зону на машине поедет? Если и найдётся, то недолга его дорога будет. Ох, недолга…

- Куда ж… - ошарашено шепчет Андреич, но чёрный смотрит пристально, в руке – не нож уже, автомат, АК-47У, Андреич знает, видел… У Ментов такие, у патрульных. Коротенькие, как игрушечные, а ежели пальнёт в голову…

- Вперод, сказал! Газ давай! – шипит гадюкой волосатый, и Андреич бросает тяжёлую машину на таран.

Сирены уже рядом – совсем рядом. Их ещё не видно, но это – временно: вот всего один поворот, и – увидят… И – догонят. Мотор набирает ход, взвывает мощно, уверенно – и деревянная балка шлагбаума встречается с красным передком… Удар громкий, но не сильный – хорошие машины венгры делают, прочные… В салоне – отдельные вскрики, но паники нет: не поняли ещё ничего… Деревьев много, дорожка петляет – авось, и оторвутся… Хотя – вряд ли это. Куда тут автобусу развернуться? Попадётся упавшее дерево или яма на пути, и всё – приехали…

- Догонят… Не уйти, - как бы про себя шепчет Андреич.

- Нэ догонят. Сюда – нэ поедут. Нэ бойся…

Волосатый смеётся. Весело и заразительно. Молодой выглядывает в окно, затем оборачивается к нему:

- Валдай! Оторвались. Не прёт Ментов по Зоне шастать…

- Нэ прот… - весело соглашается тот, которого назвали Валдаем.

Старшой, который в кресле, подзывает жестом Валдая. Тот наклоняется над бородатым, они о чём-то говорят на языке, который Андреич разобрать не может. Ладно… Оторвались – так оторвались. Выходит, не хотят доблестные органы в Зону соваться. Не с руки… А может, им тоже какие-то согласования нужны, инструкции? Может быть, боятся границу пересечь? Тут же рядом – Украина уже. Другое государство… Хотя – какие тут границы! Одно слово – Зона… И катить по этой зоне, да ещё с дюжиной пассажиров на борту – ох как не хочется.

 

Но приходится. Почти час уж крутит Вячеслав Андреевич по едва заметной тропке. Дорожка как-то сама собой превратилась в колею, колея – в заросшую просеку, а теперь вот – езда наугад: вечер, только уворачивайся от деревьев, мелькающих в свете фар… Валдай гонит вперёд, всё, видать, поверить не может, что погони - нет. А кто ж сюда сунется? Тут же – закрытая Зона. Радиация тут. И прочие ужасы, что по телику показывают. Тут же и людей нет, ибо жить тут нельзя. Как их ещё Зона пустила? Да ещё далеко-то так…Будто специально в ловушку манит. Дороги-то давно уж нет никакой, но ведь едут, ведь проезжает его «Икарус» меж сосен… Или не сосен. Не разберёшь их… А продерись ты по лесу хотя б на «Таврии» - где там… А это – автобус… И… И вдруг «Икарус» ощутимо тянет на сторону… Андреич отчаянно крутит руль, давит тормоз в пол – но огромная машина летит куда-то в сторону, и кажется, что колёса её – не на земле вовсе, а в воздухе… Последнее, что видит Андреич – это огромный ствол дерева, летящий прямо в лобовое стекло…

 

- Шамиль, живой? – голос Валдая звучит слабо.

Ответа не было. По всему салону в голос стонут люди. Да, плохо дело… Водила чёртов, куда ж он врезался? Валдай пытается подняться. Болит ушибленная спина – как раз под правой лопаткой, но в общем, вроде бы, ничего серьёзного. В ладонь впились острые кубики разбитого стекла. Ухватился за поручень. Приподнялся. Заглянул в лицо Шамилю. Чёрт… Не разглядеть. Темно.

- Шамиль… Шамиль! – позвал снова.

Шамиль молчит. Расцарапанная рука трогает шею. Где там должен быть пульс? Вроде бы где-то тут… Или тут… Только где ж он?

- Шамиль!

Тишина.

- Даша, Дашенька! Как ты?

- Женечка! Точно не болит? Правду говори, не терпи, ну скажи же! И здесь не болит?

- Выйти дайте, дайте же выйти…

- Куда она делась? Извините, коричневая такая… С ручками… Тут же стояла…

- В больницу мне надо, в больницу бы… Скажите им, чтоб в больницу…

- Да поднимите же его! Он же задохнётся!

- Мужчина, что с вами? Вам плохо?

- Не плачь, мама, всё же кончилось!

Валдай трясёт головой, отряхиваясь от этой какофонии жалоб, стонов и воплей. Рука сама собой сползает с холодеющей, заросшей шеи Шамиля. Нечего там прощупывать. Списали Шамиля… Не помочь ему ничем. Да и шутка ли сказать – две пули в нём сидело, когда они этот хренов автобус захватили… А тут ещё удар… Шайтан не выжил бы.

- Валдай! Жив?

А, малой! Голос вроде нормальный, значит, повезло ему…

- Нормально всё… Сам цел?

- Ага… Что с Шамилем?

- Хана Шамилю. Отстрелялся.

 

 

 

- Nerds! - Andreitch almost fell out of the window, having to brake hard "Ikarus" in front of the trunk "Toyota". Gray Japanese bastard cropped quite so brazenly - so that I do not stop and looked for. But sitting in the foreign car is clearly not a suicide: given a bit forward, in order to avoid the impact, and then slowed down, blocking the road.

Andreitch was about to continue the tirade, but did not have time: from the "Toyota" whirlwind flew black hairy horseman, in a moment turned out to be near the driver's door and immediately drove to the hair hairy hand dug.

- Dver open, close ... Ponel pastes?

How not to understand when your neck - a solid knife ... Good. It's not up to heroism ... Hand habitually reached for the key, and the door hissed, opening. Here in the interior fluttered second - very young, also black, with a shrill, unkind eyes. Surely, without any accent he barked:

- Sit, who wants to live! Do not get up, do not shout! Very not twitch!

Twitch really was dangerous: in the hands of a young, slightly covered with a protective coat floors, sticking the barrel of the iron "argument." "Iron" - in the truest sense of the word. This is realized as soon as the young demonstrated what it means to "not to twitch." The young man, who tried to find out what was going on, was hit by a kick butt on the floor. Now he was trying to stop the bleeding by closing the broken face with a handkerchief, courtesy of thick slipped elderly lady sitting behind. More questions no one arise.

Andreitch cautiously looked in the cabin mirror on one of the passengers, a hefty man with a military bearing, sitting in the back seat, but he does not seem to look for trouble. God grant that nothing happened.

- Let's touch! - Shouted into the ear hairy, once burst into the salon the third, the most senior of the trio.

It seems to him there was something wrong: he pressed his hand to the body, and climbed into the cabin, the first thing thrown from the front seat, middle-aged man, across species - villager. And he sat down. Andreitch depress the clutch, transmission, and pushed the bus, creaking, broken.

- You let gas, gas! Ne brake! - Flashed crazy eye hairy and Andreitch did not dare to disobey.

"Ikarus" quickly gaining momentum.

- Budesh behave home vernёshsya. Two kilometra here - budet fork. Ponel? Right on the nei. And - fast, fast ... Average credit, native, all kirdyk budet. And you, and the MNE. And vsem. Ponel?

"Mentally spreads, scum" - thinks Andreitch. And I want to believe him, the hell ... I would like to. Always want to live ... But that's where it collapse? There is no place like ... Not the first day he goes there, there - the forest. And then - on the exclusion zone. Simply zone. There - people have nothing to do. So where are they?

Behind - the bright lights. Yeah, there is that ... police. In the wake of the dark-haired, so ... That's why they boarded the bus - there are people you can always hide behind them. As hostages ... That's a heap as a heap. Wow - I did not think when the flight went that sign work. You can not go back, and he came back. Cap forgot ... Well, to hell with it would be, with a cap ... Come, not Lenin. We had to look in the mirror though. Vaughn and see ...

In the side mirror - funny ogonёchki. The blue and red. Closer and closer. Do not go away - where heavy car to get away from the cars are nimble. Neither that does not go away ... And catch up - oh, and do not want to think ... Well shooting can be, and indeed ... Sitting under the machine guns - in any case not sugar. You never know what "it" in the head vzbredet. Black ... Maybe all the tan ... I heard about that.

- Collapses ... - command hairy.

Andreitch obediently return wheel and the bus careening hard, rushes straight into the forest. The track is narrow here - as a firebreak. Left - right -

Pine: not obedesh. So black on the one hand, the rights: there will not be able to bypass them. Only further, then what? There, around the corner - the post. Barrier with the soldiers. Because the area. And - all ...

And then it was simple: there was no one near the barrier. And then watch something? Find the idiot who the Zone by car go? If there exists, then the short-lived road it will. Oh, long ...

- Where are ... - whispers Andreitch dumbfounded, but black looks intently at his hand - not a knife already machine AK-47U, Andreitch knows ... I've seen cops those in patrol. Stubby, like toy, and if palnet in the head ...

- Vperod said! Gas come on! - Hissing viper hairy and Andreitch throws heavy machine ram.

Sirens already close - very close. They have not seen, but it is - temporary: here only one turn, and - and see ... - catch. Motor gaining momentum, vzvyvaet powerful, confident - and wooden beam barrier meets with a red front fascia ... Blow loud, but not strong - good cars Hungarians do, strong ... In the cabin - some screams, but do not panic: I do not understand anything yet ... The tree lot track winds - maybe, and come off ... But - this is unlikely. Where then the bus to turn around? Gets a fallen tree or a hole in the path, and all - came ...

- Average credit ... do not go away - as if to himself whispering Andreitch.

- Ne catch. Here - go ne. Fear Ne ...

Tons laughs. A fun and contagious. Young looks out the window, then turns to him:

- Valdai! Off. Not rushing cops roam the Zone ...

- Ne prot ... - fun agrees to the one who was named Valdai.

The senior, who is the chair, beckoning gesture Valdai. He leans over the bearded, they are about something talk in a language that can not be disassembled Andreitch. Well ... to tear - so detached. So, do not want to be put in a valiant bodies Zone. Not with his hands ... And maybe they, too, some harmonization need instructions? Perhaps afraid to cross the border? Right beside - Ukraine already. Other state ... Though - which immediately borders! One word - Zone ... And roll over this area, and even with a dozen passengers on board - oh, how you do not want.

 

But we have to. Almost an hour really turns Vyacheslav Andreevich faint trail. Track somehow itself into a rut, rut - in overgrown clearing, and now - Riding at random: the evening, only to dodge from the trees, flashing in the headlights ... Valdai drives forward, everything you see, can not believe that the chase - no. And who here finds itself? Immediately - closed area. Radiation here. And other horrors that on TV shows. Immediately, and people do not have, because there can not live. As they started up more area? Yes, far more so ... As if specially to trap lures. Roads for a long time too no, but then go, because passing his "Icarus" between the pines ... Or pines. Not will deal them ... And PRODERE you through the woods even used to "Tavria" - where there ... And this - the bus ... And ... And suddenly the "Ikarus" significantly pulls over to the side ... Andreitch desperately spinning wheel, presses the brake to the floor - but the huge machine flies somewhere to the side, and it seems that the wheels of it - not on earth at all, and in the air ... the last thing he sees Andreitch - a huge tree trunk, flying directly into the windshield ...

 

- Shamil, a living? - Valdai voice sounds weak.

There was no answer. Throughout the cabin in a voice moaning people. Yes, a bad deal ... Drove damn, where did he hit? Valdai tries to rise. Sore bruised back - just below the right shoulder blade, but in general, like, nothing serious. The hand dug sharp broken glass cubes. I grabbed the handrail. She lifted. He looked into the face of Shamil. Damn ... I do not see. Dark.

- Shamil Shamil ...! - I called again.

Shamil silent. Scratched hand touches his neck. Where there should be a pulse? It seems to be somewhere here ... or here ... But where is he?

- Shamil!

Silence.

- Dasha, Dasha! How do you?

- Genia! Just do not hurt? Truth be told, does not tolerate, say the same! And here it does not hurt?

- Exit Give, give the exit ...

- Where did it go? Sorry, this brown ... with handles ... Immediately there was ...

- I've got to the hospital, in the hospital ... to tell them to the hospital ...

- Yes, the lift it! He suffocate!

- Man, what's the matter? You feel bad?

- Do not cry, mother, yet over!

Valdai shakes his head, shaking himself from this cacophony of complaints, moans and cries. The hand itself slides with growing cold, overgrown neck Shamil. There is nothing there to probe. Shamil write off ... Do not help him with anything. And you say a joke - two bullets in it sat when they captured the fucking bus ... And then there's the kick ... Shaitan would not have survived.

- Valdai! Alive?

A small! Voice like normal, so he was lucky ...

- Normally all ... Himself intact?

- Yeah ... What Shamil?

- Shamil Khan. He shoots.